Category: армия

Category was added automatically. Read all entries about "армия".

main

Без дна

На малозаметную, но символичную новость из Петербурга: "Минобороны заказало батискаф для работ в Марианской впадине":

Пока весь мир вершины покоряет,
И на других планетах уж давно,
Мы свой, особый, путь провозглашаем:
Во всём мы погружаемся на дно.

Нам нужно бесконечное паденье,
Всё более сгущающийся мрак.
Не можем мы без внешнего давленья
И монстров окружающих - никак.

Но, чтоб не отобрали конкуренты
У нас и этот антипьедестал -
Работу над ответственным проектом
Нам сам Минобороны(!) заказал.

Пускай теперь нас супостаты ищут;
Им не догнать нас, и не перегнать!
Мы прочно окопаемся на днище,
И будем всё атаки отбивать.

А если не откажет снаряженье -
То очень скоро выяснится, что
И впадина-то, после погруженья -
Гораздо глубже, чем считалось, до.

chaos

В чём сила?


Ну, что сказать. Сперва Соколов, теперь избиение женщин мужчинами. Между ними убийство сестры и убийство любовницы. Результаты культа силы налицо. Всегда истинным лицом силы, спрятанным за красивой декорацией, является подлость. Преподаётся это красиво: традиции, патриархат, выживает сильнейший, естественный отбор, не будь терпилой, лохом, бабой... А по сути, всё это - просто уродливая дедовщина и унижение слабых, в самых разнообразных её формах и сферах.

Дело в том, что сила, в практическом её применении — это просто приложение своих преимуществ к чужим слабостям. Даже если взять «честный поединок» максимально близких по уровню боксёров на ринге, решающее значение для победы является именно способность тупо переиграть противника либо тактически, либо стратегически. Если не при помощи массы, то при помощи скорости, если не при помощи скорости, то при помощи реакции, если не при помощи реакции, то при помощи финтов, если не при помощи финтов, то при помощи массы. Но всегда это — найти слабое место противника, и приложить к нему свою силу. Называя же вещи своими именами — совершить подлость. Просто разрешенную правилами. Да и то — можно ведь и правила обойти, если понятие силы (читай, подлости) расширить.

Collapse )
main

День ракетных войск и артиллерии

Военкомат.
— И кем Вы хотите служить?
— В лётных войсках!
— Вас не возьмут из-за повышенного давления...
— Ну, тогда в ПВО!
— А почему так?
— Если я не буду летать, то никто не будет летать.

chaos

Книга моего деда "О нашей легендарной Катюше". Глава 1. НАЧАЛО. Часть 6, последняя.

        Катастрофически нехватает времени, но я всё равно буду его находить для публикации книги моего деда:


        Через несколько дней весь личный состав нашего полка подивизионно был направлен на артполигон, где нам демонстрировали стрельбу из наших реактивных установок БМ-13. Соответственно, стреляли снарядами М-13. Всего произвели четыре выстрела. Вернее, это были не выстрелы, а пуски снарядов, но у нас тогда не было ещё такого термина, и каждый залп мы считали выстрелом. Вот и рассеялись те россказни об этом секретном виде оружия.
        БМ-13 (боевая машина – 13), которыми должен быть вооружен наш полк, была основным видом полевой реактивной артиллерии. Кроме неё на вооружении нашей армии были БМ-8.                 Артиллерийская часть установки смонтирована на шасси автомобиля ЗИС-6, с двумя задними ведущими колесами. Она состояла из 8 направляющих, смонтированных на ферме, которая, в свою очередь, крепилась на поворотной раме. Имелись поворотный и подъемный механизмы, электрооборудование для стрельбы и прицельное приспособление – панорама наводки и установки машины для стрельбы по цели. Эта установка стреляла 132-милиметровыми снарядами-ракетами.
        Снаряд состоял из головной части с взрывателем – это сам снаряд, который взрывался и мог быть, благодаря взрывателю, установлен на осколочное или фугасное действие; ракетной части, в которой помещался пороховой заряд с воспламенителями, имелись пиросвечи; электрический ток, поступал со специального «боевого» аккумулятора и воспламенял пиросвечи - воспламенялся и порох, ракета начинала двигаться, так как площадь днища снаряда больше, чем площадь сопла, откуда вырывался газ, образовавшийся он сгорания пороха. Устойчивость снаряда при выстреле достигалась направляющими и стабилизаторами, укрепленными на корпусе ракеты. На 8 направляющих крепилось 16 ракет, по две на каждой, одна сверху другая снизу.
        Впоследствии появились ракеты М-20, ими мы заряжали установку, крепя ракеты только сверху направляющих, то есть 8 штук. Ставили их на фугас, стреляли по блиндажам и дзотам, по укрепленным узлам противника.
        Пуск ракет с установки можно было произвести за 8-10 секунд. Дальность полета снаряда: М-13 – 8470 м, М-20 – 5000 м.
        В 1941 году дивизион полевой реактивной артиллерии М-13 был трехбатарейного состава, таким образом, дивизион «катюш» за 8-10 секунд мог выпустить по неприятелю 192 ракеты. Такой скорострельности еще не достигало ни одно артиллерийское орудие. Массовость и внезапность огня были нашим преимуществом перед каким-либо другим оружием.
14-й гвардейский миномётный полк состоял из 4-х дивизионов: 3-х реактивных и одного зенитного вооружённого 37-милиметровыми пушками. Задача зенитного дивизиона – прикрывать нас с воздуха от нападения самолётов противника.
        При возвращении с артполигона с немецкого самолёта на нас были сброшены листовки. Мы их собирали и, не читая, сдавали комиссару дивизиона.
        Немец всё ближе и ближе подходил к Москве. Мы опасались бомбёжки, немецкие самолёты беспрепятственно летали над местом нашего формирования.
        На следующий день наш полк погрузился в поезд и выехал из Алабино в Москву для доформировки. Там мы вначале разместились в казармах нашего училища, личный состав которого к тому времени уже эвакуировался на Урал в город Миасс. Потом переехал в какой-то парк на шоссе Энтузиастов. Наша батарея разместилась в бомбоубежище жилого дома.
        К нам прибыл комиссар батареи политрук Новиков и электротехник батареи лейтенант Корниенко.
        Полк продолжал формироваться, мы получали воинской имущество: телефонные аппараты, катушки с кабелем, радиостанции, стереотрубы, бинокли, карабины и т.п. Получили боевые установки БМ-13, они пришли к нам вместе с шофёрами.
        Ко мне во взвод поступили три автомашины ГАЗ-АА, полуторки, как их называли тогда, грузоподъемностью 1,5 тонн.
        Через три дня мы погрузились на машины и выехали своим ходом на фронт.
        В Москве была очередная воздушная тревога, зенитные орудия вели огонь по самолётам противника, и мы покидали столицу под эту «музыку», направляясь на защиту города.


        Этой частью заканчивается 1 глава книги ("Начало"). Следущая глава называется "Западный фронт". Надеюсь у меня будет достаточно времени для регулярного ее выкладывания.

chaos

Книга моего деда "О нашей легендарной Катюше". Глава 1. НАЧАЛО. Часть 5.

        Так вот какие миномёты! Не простые, а гвардейские - реактивная артиллерия, о которой уже стали ходить невероятные слухи и легенды среди нас, курсантов-артиллеристов. Каких только фантастических рассказов мы не слышали тогда об этом новом виде вооружения! Я слыхал, что снаряд этой пушки, ударяясь об землю, делился на несколько снарядов, а те, в свою очередь, также продолжали разрываться и сжигать огромное пространство. Несколько установок этих пушек, зачехленных брезентом, ремонтировались в артмастерских нашего училища.
        После беседы с полковником нам сообщили, что мы должны явиться на формировочный пункт новых частей в Алабино - туда, где располагались летние лагеря нашего училища. Поезд отправлялся вечером с Киевского вокзала. Мы попросили, чтобы нас отпустили в город до отхода поезда. Большинство ребят были москвичами, и каждому хотелось перед отъездом побывать дома. Кроме того, нам нужно было купить петлицы, знаки различия и прочую воинскую галантерею. Разрешение было дано, и каждый поехал по своим делам.
        В магазине военторга я приобрел всё мне необходимое и стал раздумывать, куда бы мне поехать. В Москве знакомых и родных у меня не было, это не Ленинград - там бы я, конечно, побежал домой.
        Я решил разыскать Веру Забырину, мою московскую подругу, с которой познакомился недавно в бомбоубежище во время воздушной тревоги, будучи в комендантском наряде по патрулированию московских железнодорожных вокзалов. Вот она-то и проводит меня на фронт, единственная знакомая мне душа в Москве. Вера тогда училась в Московском автодорожном институте, и жила в общежитии на Софийской набережной.
        С чемоданов в руке, во фронтовом снаряжении, я поднялся на четвёртый этаж большого дома, и среди множества студенческих комнат нашел, наконец, обитель моей знакомой. Её не было дома, она стирала бельё в прачечной. Девчата её соседи, пригласили меня в комнату и попросили подождать, пока её позовут. Через некоторое время появилась обрадованная моим визитом Вера. Я рассказал ей, что меня выпустили из училища и вечером нужно ехать в Алабино, где будет формироваться часть, а потом - на фронт. Верочка по-студенчески угостила меня чаем, мы обменялись фотокарточками и обещали друг другу писать письма. Вера вместе со мной поехала на Киевский вокзал проводить меня в новую фронтовую жизнь. Карточная система в стране ещё не была введена и на платформе продавались пирожки с капустой. Я купил их несколько штук для себя и для Веры, а себе ещё кружку пива. Это первая кружка пива в моей жизни. Какое же оно противное! Еле-еле допил его, стыдно было перед Верой вылить его в урну.
        Простились, еще раз обещали писать друг другу письма и не забывать нашу дружбу. Поцеловал я её тогда или нет - не помню. Но кажется, что мы поцеловались. Вера помахала мне рукой с перрона и поезд тронулся.
        По дороге в Алабино пели строевые песни, я думал о Вере и о Ленинграде.
        Прибыли на станцию назначения поздно вечером. До пункта формирования нужно было идти пешком километра три. Была непроглядная темень, а под ногами осенняя грязь. Мы с большим трудом преодолели эту дистанцию. Кто-то из нас вёл до места назначения, мешали чемоданы.
        Разместили нас в бараках, всю ночь у нас топилась печка, народу было много. Я устроился вторым на койке, на которой кто-то уже спал. Попросил его подвинуться, лёг и уснул как убитый.
        Утром, когда проснулся, увидел, что мой сосед по койке - капитан.
        - Вы правильно вчера действовали, раздобыли себе место на кровати. Впредь нужно быть таким же настойчивым и находчивым. - сказал он мне.
        Я был смущен и что-то пробормотал в своё оправдание.
        Умылись, конечно, но ни физзарядки, ни строя, ни команд не было. Спокойно, как гражданские лица, пошли завтракать в комсоставскую столовую. Пока нет части, нет кухни, будем питаться в ней за наличный расчёт. Выбирай себе блюда по меню и плати денежки. После курсантского пайка такое нам показалось роскошью.
        После завтрака прибывших командиров распределили по полкам и дивизионам. Некоторые из нас попали в 13-й полк, а я был направлен во 2-ой дивизион 14-го гвардейского минометного полка. В одну батарею попал с командиром огневого взвода, выпускником нашего училища, младшим лейтенантом Кашиным. Неинтересный он был товарищ, и поэтому наше общение с ним сводилось к лишь совместному посещению столовой.
        Батарея полевой реактивной артиллерии состояла тогда из двух взводов - взвода управления и огневого взвода. Во взвод управления входило три отделения: отделение артиллерийской разведки, отделение телефонной связи и отделение радиосвязи. Огневой взвод состоял из расчетов 4-х боевых установок (орудий). Командный состав батареи состоял из: командира батареи, комиссара батареи, командира батареи, командира взвода управления, командира огневого взвода и электротехника батареи. Включая командный состав, батарея насчитывала 71 человек.
        На следующий день, после обеда, в нашу батарею стали поступать люди. В мой взвод был направлен только лишь один старший сержант Крюков Иван Степанович, 1898 года рождения, ровесник моего отца, бывший председатель колхоза в Тамбовской области. Он-то и был назначен моим помощником. Спустя немного времени, у нас появился лейтенант Сёмушкин - щупленький, с визгливым голосом, но энергичный командир батареи, окончивший Сумское артиллерийское училище. Он уже был на фронте и, кажется, был ранен.
        Я получил личное оружие - пистолет ТТ (Тулький Токарева), дополнительное обмундирование: хромовые сапоги, тёмно-синий комбинезон, шерстяной свитер и коричневую, на кроличьем меху, "душегрейку".
        Вскоре и ко мне во взвод стали поступать люди - связисты, радисты и разведчики.
chaos

Книга моего деда "О нашей легендарной Катюше". Глава 1. НАЧАЛО. Часть 4.



        Пришло время разводить мою смену караула на посты. Дождь прекратился. Зарядили винтовки, и я уже хотел вести ребят по постам, как прибежал посыльный от командира батареи и сообщил, что комбат требует, чтобы я прибыл к нему. Лейтенант Холевин мою смену посылает разводить по постам заместителя начальника караула, а я бегом направился к командиру батареи.
        Прибежал в канцелярию батареи.
        - Товарищ старший лейтенант, ефрейтор Лобанов, командир отделения третьего взвода прибыл по Вашему приказанию. – доложил я комбату.
        - Садись и напиши свою автобиографию.
        Опять автобиография, пять минут, и она уже написана, отдал ее командиру. И жду. Старший лейтенант прочитал ее и говорит:
        - Идите теперь в ОВС получать обмундирование.
        ОВС – это обозно-вещевое снабжение училища, где мы обычно получали обмундирование. Не побежал, а пошел туда, ведь теперь мне все равно, наряда не дадут, на гаупвахту не посадят, я отправляюсь на фронт. В ОВС толпятся курсанты из других батарей и дивизионов, человек нас тридцать собралось. Старшина нашей батареи Голомидов тоже там. Друг друга спрашивали, что это значит. Но никто из нас, курсантов, не знает, зачем нас сюда собрали.
Collapse )
chaos

Книга моего деда "О нашей легендарной Катюше". Глава 1. НАЧАЛО. Часть 3.

        А мы в конце августа выехали в Алабино, пригород Москвы, где были расположены лагеря нашего училища. Разместились в летних казармах. Усиленно занимались в поле, готовились к предстоящим боям. Опять стрельба прямой наводкой по танкам на полигоне. В ствол 76-мм пушки был вделан нарезной стволик, куда вставляется специальный патрон со свинцовой пулей. На расстоянии 500-1000 м трактор тащил фанерные силуэты танков, а мы по ним стреляли. Стреляли обычно втроем, командир орудия, наводчик и заряжающий. Командир орудия с биноклем корректировал огонь, наводчик брал упреждения и командовал: "Огонь", заряжающий дергал за грушу спускового устройства. На каждый танк давалось три выстрела, чтобы его поразить. Занятия были захватывающими, каждый старался выполнить поставленную задачу как можно лучше. Конечно, все зависело от умелости и ловкости наводчика.
        Стрельба из боевой винтовки на винтполигоне.
        Вначале несколько раз перед тем, как нажать на спусковой крючок, я закрывал глаза. Нет, не боялся выстрела, а просто инстинктивно закрывал глаза. Ругал сам себя, но потом преодолел этот недостаток, и дела мои в стрельбе из винтовки пошли хорошо.
        Немецкие войска докатились до Ленинграда, была оставлена Прибалтика, мы потеряли Белоруссию и почти всю Украину. Военные дела наши шли из рук вон плохо.
        Письма из Ленинграда я получал часто, писала мне мама. Переписка между нами была оживленная.
        После войны дома я обнаружил одно из своих писем, присланное из училища. Письмо не содержит даты, и конец его утерян, но по обстоятельствам, описываемым в этом письме, можно судить, что оно относится к концу сентября 1941 года.
        Вот его текст:
        Collapse )
chaos

Книга моего деда "О нашей легендарной "Катюше". Глава 1. Начало. Часть 2.

        Никто из нас, курсантов, войны не ждал. Это известие для нас, да и не только для нас, было полной неожиданностью.
        Как мне потом рассказали родители, они в это воскресенье собирались на дачу в Келломяки на Карельский перешеек.
        Весть о нападении на нас фашистской Германии мы, курсанты, приняли с юношеским энтузиазмом, мы считали, что в скором времени наши войска отразят нападение фашистов, и война будет перенесена на территорию противника. Мы были уверены в мощи и непобедимости Красной Армии. Считали, что в связи с войной нам сократят учебную программу и учиться придется не два года, а значительно меньше, а потом - на фронт. Никто из нас не предполагал, что мы понесем такие тяжелые потери и поражения, которые понесла наша армия в первые дни и месяцы войны.
        Занятия продолжались. Теперь мы учились, памятуя о том, что нам, после окончания училища, полученные в нем знания, нужны будут не для занятий с красноармейцами в мирных условиях, а что эти знания пригодятся нам на фронте.
        Григория Малахова назначили помощником  командира нашего взвода и присвоили воинское звание младший сержант, меня же назначили командиром первого отделения и присвоили звание ефрейтор. К артиллерийским эмблемам и трафарету 1МКАУ (1-е Московское Краснознаменное артиллерийское училище) у меня на петлицах прибавился "золотой" треугольник - отличительный знак ефрейтора.
        Collapse )
chaos

Книга моего деда "О нашей легендарной Катюше". Глава 1. НАЧАЛО. Часть 1.

          Шел 1941 год, в январе которого мне исполнилось девятнадцать лет.
        Сохранился дневник, в котором 16 апреля 1941 года записано: "Я зачислен кандидатом в 1-е Московское Краснознаменное артиллерийское училище. Системы там корпусного типа. Завтра будем заполнять анкеты, и подавать заявления в училище".
        Тогда я заканчивал 10-й класс 9-ой специальной артиллерийской школы Наркомпросса РСФСР - военизированной десятилетки, в стенах которой я провел три года, после окончания обычной семилетней школы. Шестнадцатилетним юношей я вошел в здание этой школы, чтобы посвятить себя военной службе.
        Итак, школьные годы позади, впереди выпускные экзамены, а там - военное училище.
        Почему же я решил тогда ехать учиться в Москву? В Ленинграде мне предлагали, из пяти имевшихся тогда артиллерийских училищ : 1-е Ленинградское Краснознаменное артиллерийское училище им. Красного Октября, которое имело дивизионные артиллерийские системы на конной тяге, т.е. 76-мм пушки.
        Во 2-е и 3-е Ленинградские артиллерийские училища, которые имели корпусные и системы большой мощности на механической тяге, мне не предлагали, вероятно, потому, что я не был хорошим учеником по математике - дисциплине, которая у нас являлась основной, как у будущих артиллеристов. Ленинградские артиллерийское техническое училище и училище артиллерийской инструментальной разведки меня не привлекали, я хотел быть строевым командиром.
        На конную тягу не хотелось идти, так как я не любил лошадей, и даже больше - я их просто боялся с детства в связи с инцидентом , произошедшим между мною и лошадью, которая ударила однажды меня копытом.
        Все говорило за то, чтобы продолжать учебу, я ехал в Москву. Жалко было расставаться с семьей - мамой, отцом и сестренкой.
        Collapse )
chaos

Русское Айкидо. На злобу вчерашнего Дня.

Не нужно быть экспертом в области истории, чтобы во всех глобальных военных конфликтах нашей страны заметить одну закономерность: сперва мы терпим череду сокрушительных поражений, и лишь когда уже кажется, что все кончено, каким-то чудом переходим в успешную контратаку. Нагляднее всего этот этот сценарий реализован в Великой Отечественной Войне и Отечественной Войне 1812-го года, но отчетливо прослеживается и в других противостояниях нашего государства - хоть через двести лет, но победа все равно оказывалась за нами.

Этот загадочный для Запада русский феномен - слабость побеждает силу - находит объяснение на Востоке, в философии боевых искусств "мягкого" типа - японского айкидо или китайского тайцзицюань. Ключевым их принципом является уступчивость и использование силы противника. Например, в схватке с "айкидистом" агрессор не встретит явного противодействия своему удару, и осознает поражение лишь, непонятно как, оказавшись за земле. Любопытно отметить, что, поскольку Россия в плане менталитета являет собой нечто среднее между Западом и Востоком, то и вышеупомянутый принцип работает здесь не в чистом виде, а в смеси с западными. Особую опасность этой смеси придает ее "дремучесть"* - невозможность понять ни врагам, ни нам самим, какой из ее компонентов применяется в определенный момент. )

Современные методы внешнеполитической борьбы в гораздо меньшей степени носят характер открытого военного противостояния, однако цели и принипы их достижения остались теми же. Всегда это - навязывание другому государству своей воли в той или иной форме. Считается, что многие сегодняшние проблемы России - результат происков внешних врагов. Так это или нет, но я уверен, что мы в конце концов справимся со всеми, ибо на нашей стороне невидимая духовная сила, совершенствовавшая свою загадочную непобедимость на протяжении десятков веков. И в этом смысле, каждый, кто ясно осознает свою причастность к этой великой силе, является подлинным защитником Отечества.

* - выражение "дремучая смесь", правда в другом контексте, принадлежит00geo